Почти две трети россиян назвали обстановку в стране напряжённой и взрывоопасной — это максимум с начала 2025 года. На высшей точке и доля тех, кто считает, что страна движется не туда.
Мы спросили наших подписчиков, как за последние месяцы изменилось отношение к власти у их родственников, друзей и коллег — и получили десятки историй о разочаровании, «переобувке» и желании уехать из страны. Рассказываем, что происходит с настроениями в России.
Максим:
Мы уехали с семьёй из России в 2022 году. Связь держим с сестрой жены. Она «невсетакоднозначница», живёт в Москве и первые годы зазывала нас обратно под предлогом: «Патрики переполнены, всё хорошо, главное — не жужжите против Путина». На наши аргументы отвечала: «Ну так надо, кругом враги и грозная НАТО со своими боевыми голубями».
Недавно её тон сильно поменялся. На фирме упали продажи, жалуется на бешеные коммуналки, и при неплохой зарплате ни на что не хватает. После блокировок говорит, что «надо валить из России». О любви к великому геостратегу уже речи не идёт. Связь войны и ухудшения жизни стала для неё очевидной.
Алексей:
Мой младший брат (39 лет) очень радовался, когда узнал о начале СВО — буквально ликовал. Все эти годы поддерживал Путина и его решения. Но в сентябре 2025 года заявил, что он, оказывается, пацифист, Путина никогда не поддерживал, а начало СВО считает ошибкой. Думаю, на него сильно повлияла гибель дяди его жены на войне.
Что касается меня и моей семьи, мы с первого дня считаем, что это захватническая война, развязанная для удержания власти. Мы за немедленное прекращение боевых действий и вывод российских войск. Мои родители при этом остаются убеждёнными сторонниками Путина.
Павел:
Уровень доверия к «господину N» заметно просел. Это сложно объяснить чем-то одним: то ли пропаганда даёт сбои, то ли люди начали открывать глаза, то ли просто почувствовали на себе, как всё меняется — и не в лучшую сторону.
Самое показательное — старшее поколение. Моим бабушкам под 80, и они, долгие годы поддерживавшие его, теперь сами задают вопросы, критикуют и осуждают войну. Всё чаще звучит: «А зачем вообще это начинали?»
На работе тоже перемены. Те, кто раньше уверенно говорил о будущих успехах, теперь либо молчат, либо шутят — но в этих шутках уже больше усталости, чем уверенности. Всё чаще звучит настроение: «везде плохо, хорошо там, где нас нет».
Есть ощущение, что надежды стало меньше — и это уже не эмоция, а стабильное состояние. Мне кажется, реальный рейтинг «господина N» сейчас около 50%, и значительная часть — это люди колеблющиеся, которые могут быстро менять мнение.
Аноним:
Я и мои знакомые уже на чемоданах. Собираемся уезжать из России. Ничего хорошего уже не будет. Блокировки интернета всех окончательно добили. Осталась одна ненависть к Путину и его власти.
«Галя»:
Из-за блокировки Telegram мой молодой человек лишился работы. Он занимался SMM — посты, реклама. Также работал видеомонтажёром с блогерами, но они уехали за границу. Теперь и мы собираемся уезжать. Это не единственная причина, но просто настал предел.
Есть ощущение 1991 года. Люди говорят эмоционально, не боясь репрессий — особенно в регионах, где даже полиция стала редкостью. Всех бесит отключение интернета, обвал экономики: местные газеты выглядят как фронтовые сводки — закрылось то, закрылось это. Началось перед Новым годом и только нарастает.
Алексей:
Тенденция «переобувки» заметна и среди блогеров, и среди обычных людей. Достаточно посмотреть комментарии в крупных пабликах вроде «Поздняков 3.0» или «Ньюсач». Раньше там поддерживали власть, а критиков высмеивали. Но с 2024 года, после блокировок YouTube и Discord, мнение стало меняться.
Теперь комментарии вроде «итоги» и «пизда стране» лайкают, а не высмеивают. Пишут и длинные тексты с критикой. Чаще всего обсуждают миграционную политику, затяжную войну, «красные линии», которые постоянно пересекаются, и, конечно, блокировки.
Особенно это заметно, когда читаешь новости про ограничения, а рядом — сообщения об атаках дронов. То, что даже провластные площадки меняют тон, говорит о серьёзных изменениях в настроениях.