«Бесы беснуются. Бесы боятся света. Мне нравятся походы и монастыри»

Активист Юрий Рябцев написал доносы на Инстасамку, голую вечеринку, ЛГБТ-организации и даже Путина. Мы с ним поговорили

Эксклюзивы
10 июля, 07:31
10 июля, 07:31
Автор:   Женя Иванов
Main Image
Юрий Рябцев
Соцсети

Юрий Рябцев — серийный доносчик, который пишет кляузы на все, что движется. После отравления Навального он опубликовал петицию за арест Путина, потом выходил с плакатом «За мир», одновременно с этим писал доносы на губернатора ХМАО, которая высказалась против войны, Инстасамку, голую вечеринку и ЛГБТ-организации. «МО» поговорил с Рябцевым и попытался понять, что происходит в голове у серийных доносчиков

— Зачем вы написали жалобу на (губернатора ХМАО Наталью) Комарову?

— Раз у нас правовое государство, то закон один для всех. Многих за использование табуированного слова из пяти букв штрафовали. Комарова не должна быть исключением.

— То есть получается, что этот донос — это антивоенное высказывание?

— Сперва нужно определиться с тем, что такое донос. Донос — это чаще всего анонимное сообщение. Я же шел с открытым забралом.

— Хорошо, давайте назовем это обращением. Это обращение — антивоенное высказывание? То есть вы таким образом троллите систему?

— Ну почему троллить? Слово это достаточно плохое. Раз штрафовали других, то нужно штрафовать всех. Закон один для всех.

— А лично вы поддерживает штрафы за использование слова «война»?

— Нет, не поддерживаю.

— Интересно… Вы также писали обращение после голой вечеринки в «Мутаборе». Можете объяснить, зачем?

— Это не было обращение. Это было исковое заявление в суд.

— И зачем?

— Само действо голой вечеринки, когда имеют место страдания людей — это просто по-человечески ненормально. На них уже подавали иски, но я посмотрел, и они не так немного заходили. Поэтому я подал свой. И кстати, мой иск был первый, который был принят.

— Вы писали донос на Комарову, «Мутабор», Инстасамку, группу «Дети 404». Вы можете определить общее количество доносов, или обращений, как вы их называете, которое вы написали?

— Нет, я их не считал.

— А вообще, какова ваша гражданская позиция по происходящему в стране?

— Я скажу вам, под каким лозунгом я иду. Я выбрал три слова: «Достоинство. Развитие. Справедливость».

— То есть вы не поддерживаете войну в Украине?

— Я за мир. Вы же наверняка видели мою фотографию на пикете.

Юрий Рябцев на антивоенном пикете Соцсети

 — Да, видел. И мне кажется странным, что вы же потом написали донос на Комарову, которая так же высказалась за мир.

— Вы выступает адвокатом Комаровой?

— Нет, конечно. Я журналист.

— В ее защиту поднялись такие силы, и многие из них выступают за финансовую оплату. Потому я спросил. В про Наталью Владимировну могу сказать, что у меня к ней вполне хорошее отношение.

— А зачем же тогда писать на нее донос?

— Закон один для всех. Платон мне друг, но истина дороже.

— Получается, и вас нужно преследовать по закону, ведь вы выступали против войны?

— У нас в законе есть статья о пропаганде войны. Вы напрасно пытаетесь подвести меня под уголовную статью. Я закон не нарушал, войну не пропагандировал.

— А зачем вы написали петицию за возбуждение дела против Путина?

— Какая петиция, напомните?

— Которая была опубликована после видео Навального о его отправлении.

— По-моему, я подобную петицию не составлял.

— Это не ваша петиция? Точно? Она подписана вашим именем.

— Я сейчас не могу сказать, потому что после расследования Навального… Многие документы ходят, но я их не представлял в публичной плоскости. По этим вопросам ответы приходили из Томска, из Москвы. Тут само действие было направлено иначе, которое неизвестно широкой публике.

— Я ничего не понял. Объясните.

— Заявление было по поводу того, чтобы разобраться, были ли это отравление. Если отравления не было, значит, это клевета со стороны Навального. Я просил внести ясность. Органы ответили мне, что отравления не было, и при этом они не стали возбуждать дело по клевете.

— Я понял. То есть вы как бы выступаете за высшую справедливость, которую вы продвигаете через ваши «обращения»?

— Да!

— Проверяете, насколько качественно работает система?

— Нет. Я никого не проверяю. Мой лозунг «Достоинство. Развитие. Справедливость». Я хочу, чтобы жизнь была лучше.

— А чем вы занимаетесь в обычной жизни?

— К сожалению, очень мало времени. Так бы ходил в походы и в монастыри.

— А у вас есть гражданская профессия?

— У меня их несколько.

— Вы могли бы назвать?

— Могу сказать, что это не то, чем бы следовало заниматься по жизни.

— Загадочно... Вы не скажете, кто вы по профессии?

— Думаю, вы и так можете догадаться.

— Не догадываюсь.

— Все ответы у вас перед глазами.

— Ну ладно. Вас часто называют серийным доносчиком. Как вам такой статус?

— Бесы беснуются. Бесы боятся света. Мне нравятся походы и монастыри. В монастырях такому быстро учатся — не обращать внимания.

— То есть вас это не обижает?

— Нисколько. Они ведь не могут повторить то же самое, что и я. Таким же грамотным языком отстаивать свою позицию и добиваться результата. Их действия значительно менее результативны, чем мои. Это зависть.