В России перестал открываться Telegram — уровень сбоев при подключении приблизился к 100%, следует из данных сервисов OONI и Downdetector. Это максимум с начала блокировок в этом году. «МО» обсудили ситуацию с экспертом по кибербезопасности RKS Global Саркис Дарбинян.
Почему VPN массово перестают работать?
Потому что их целенаправленно «ломают каждый день». Дарбинян отмечает, что блокировки идут почти по графику: «сегодня один VPN-сервис, завтра другой». Сейчас, по его словам, в России более-менее работают лишь отдельные протоколы вроде VLESS и Amnezia WireGuard — но и они под давлением. Ситуация резко ухудшилась после новых рекомендаций Минцифры по борьбе с VPN.
Как именно власти находят и блокируют VPN?
Теперь — на уровне самих приложений. По словам Дарбиняна, в популярные сервисы внедряются специальные модули, которые позволяют «на молекулярном уровне определять использование VPN». Эти данные затем используются для разрыва соединения и блокировки доступа, а также передаются в Роскомнадзор и ФСБ, чтобы расширять списки блокировок. В результате VPN не просто перестают работать — их вычисляют системно и централизованно.
Кто теперь отвечает за блокировки — только Роскомнадзор?
Нет — государство расширяет круг «исполнителей». По словам Дарбиняна, «круг делегированных агентов растёт»: если раньше основное давление было на операторов связи, теперь активно подключают платформы и IT-компании. Их фактически принуждают участвовать в блокировках — через угрозы лишения льгот, исключения из реестров и других санкций. В итоге, как говорит эксперт, «по сути, весь IT-рынок заставляют подключаться к войне против VPN и мессенджеров».
Помогут ли новые прокси Telegram, которые анонсировал Дуров?
Пока — не очень. Telegram действительно пытается менять сигнатуры трафика, чтобы обходить системы блокировки, но, как говорит эксперт, «изменения очень незначительные». MTProto-прокси работают нестабильно — «у некоторых операторов работают, у некоторых совершенно нет». В итоге пользователям всё равно приходится полагаться на VPN и более сложные инструменты обхода.
Смогут ли власти «выдавить» пользователей из Telegram?
Частично — да. Дарбинян прогнозирует, что к концу года Telegram может потерять от 20% до 50% российской аудитории: «часть пользователей просто не сможет или не захочет обходить блокировки». Но при этом он подчёркивает, что падает не только Telegram — из-за новых ограничений страдают и российские платформы, теряя доверие пользователей.
К чему это приведёт для бизнеса и сервисов?
Уже приводит к сбоям. «Поломались не только каналы, но и торговые боты, интеграции», — говорит эксперт. Это бьёт по малому и среднему бизнесу, который работал через Telegram, а также по операторам связи и платформам, теряющим трафик и доходы. В итоге, по его словам, «текущая ситуация вредна всем».
Как люди адаптируются к блокировкам?
Фактически — переходят в режим «цифрового сопротивления». Дарбинян описывает это как выбор «либо сопротивляться, либо сдаться». Многие используют сразу несколько инструментов обхода, а некоторые даже переходят на схему с двумя телефонами: один — для «разрешённых» сервисов, второй — для нормального интернета. При этом растёт популярность VPN, Tor, Psiphon и альтернативных клиентов Telegram — «люди не хотят отказываться от привычных сервисов и продолжают искать способы обхода».
Почему из-за блокировок начали «падать» банки и сервисы?
По словам Саркиса Дарбиняна, официальные версии про «сбои» или DDoS-атаки выглядят маловероятными: «они странно совпадают по времени с перебоями VPN и заявлениями, что всё будут душить». Более вероятная причина — работа ТСПУ (системы фильтрации трафика), через которую проходит огромный объём данных. «Это любой фильтр, он конечный и перегружается», — объясняет эксперт. Сейчас через него проходят терабайты трафика и миллионы правил, из-за чего система начинает давать сбои.
Почему под удар попадают даже банки?
Проблема в том, что фильтрация идёт массово — блокируются целые подсети, а не отдельные сервисы. «Цензор сканирует и режет огромные диапазоны IP-адресов», — говорит Дарбинян. В итоге под блокировки могут попадать и серверы банков, если они используют общую инфраструктуру. При этом сами банки не защищены — они до сих пор не включены в так называемые «белые списки», поскольку, по требованию ФСБ, не завершили выполнение условий по «закону Яровой».